Обратите внимание, материал старше 2-х лет.
Актуальность выводов уточняйте у автора
Весьма часто текущая деятельность компании ведется, в том числе за счет денежных средств, полученных ей от аффилированных лиц: учредителей, дочерних компаний, организаций из одной группы лиц. О договорных формулировках таких сделок и уж тем более о налоговых рисках мало кто задумывается. Однако запросы от клиентов о помощи при доначислениях налогов по указанным причинам не снижаются. Именно по этой причине в этом материале пойдет речь о том, что необходимо учесть во внутригрупповых займах и займах между аффилированными лицами, а также о наиболее частных нарушениях, выявляемых в судебной практике.
Вам необходима первичная консультация?
Договоры займа между юридическими лицами и их учредителями или аффилированными компаниями давно стали «красной тряпкой» для налоговиков. Основная причина для этого – возможность включения процентов по займу в расходы организации по налогу на прибыль, т.е. уменьшение налогооблагаемой базы. Среди иных причин – прикрытие займами иных отношений, выгода от которых облагается налогом в повышенных размерах (например, прикрытие займами выплат по дивидендам участникам общества), прикрытие вывода (обналичивания) денежных средств.
При анализе подобных сделок налоговые органы в первую очередь оценивают обоснованность займа - его экономическую ценность/оправданность. ФНС отмечает, что экономическая ценность определяется возможностью для усиления или поддержания коммерческого положения налогоплательщика, а также анализом того, готова ли организация на сопоставимых условиях заключить сделку с независимым лицом. Для проверки реальности и обоснованности займа между аффилированными лицами налоговики обращают внимание на следующие критерии: Показать сноску: <Письмо> ФНС России от 06.08.2020 N ШЮ-4-13/12599@ "Об отдельных вопросах налогообложения внутригрупповых услуг" Следующим шагом при анализе внутригрупповых услуг является опред…
<Письмо> ФНС России от 06.08.2020 N ШЮ-4-13/12599@ "Об отдельных вопросах налогообложения внутригрупповых услуг"
Следующим шагом при анализе внутригрупповых услуг является определение того, несут ли оказанные внутригрупповые услуги экономическую или коммерческую ценность для усиления или поддержания коммерческого положения налогоплательщика, и готовы ли третьи лица приобретать такие услуги или реализовывать их за счет самостоятельной разработки технологий или найма дополнительного персонала.
5. Руководствуясь статьями 252 и 270 Кодекса, а также принимая во внимание принципы, изложенные в Итоговом отчете BEPS по Действиям 8 - 10 "Соотнесение трансфертного ценообразования с формированием стоимости" <1>, экономическую оправданность затрат можно определить на основании анализа того, готова ли организация на сопоставимых условиях заплатить за аналогичные услуги независимому лицу или осуществить эту деятельность своими силами. Иными словами, услуга, оказанная российскому налогоплательщику, должна представлять экономическую или коммерческую ценность с целью улучшения или поддержания состояния его бизнес-деятельности.
Налоговый орган должен убедиться, как полученные результаты оказанных услуг используются в предпринимательской деятельности налогоплательщика. При этом наличие выгоды должно оцениваться с учетом обстоятельств, свидетельствующих о намерениях налогоплательщика получить экономический эффект в результате деятельности исполнителя, то есть о направленности расходов на получение выгод. При этом отрицательный финансовый результат от применения полученной услуги сам по себе не может являться единственным основанием для признания расходов необоснованными.
- Размер займа
-
Процентная ставка займа
Как уже упоминалось, основной маркер сомнительного характера займа – отличие его условий от рыночных, особенно в плане условий об оплате процентов за пользование займом – сложно найти на рынке контрагента, который предоставит крупную денежную сумму на длительный срок просто так, поэтому беспроцентные займы всегда вызывают подозрение.
Сами по себе беспроцентные займы не запрещены и не являются нарушением. Более того, Минфин РФ не раз подчеркивал: «материальная выгода, полученная организацией от беспроцентного пользования заемными средствами, не увеличивает пользования заемными средствами, не увеличивает налоговую базу по налогу на прибыль», т.е. самостоятельного эффекта на налогообложение беспроцентный заем не оказывает. Показать сноску: Письмо Минфина России от 23.03.2017 № 03-03-Р3/16846 Что касается дохода от беспроцентного пользования заемными средствами, то необходимо отметить, что в соответствии со статьей…
Письмо Минфина России от 23.03.2017 № 03-03-Р3/16846
Что касается дохода от беспроцентного пользования заемными средствами, то необходимо отметить, что в соответствии со статьей 41 Кодекса доходом признается экономическая выгода в денежной или натуральной форме, учитываемая в случае возможности ее оценки и в той мере, в которой такую выгоду можно оценить, и определяемая в соответствии с главами "Налог на доходы физических лиц", "Налог на прибыль организаций" Кодекса.
Порядок определения материальной выгоды и ее оценки при получении беспроцентного займа главой 25 "Налог на прибыль организаций" Кодекса не установлен.
Следовательно, материальная выгода, полученная организацией от беспроцентного пользования заемными средствами, не увеличивает налоговую базу по налогу на прибыль организаций.
Но более важно то, что беспроцентный характер договора займа становится поводом для проверки компаний на предмет дробления бизнес. Например, одна из пермских налоговых инспекций доказала наличие признаков дробления бизнеса между 2 организациями, которые разделили доходы от деятельности так, чтобы сохранить возможность применения специального налогового режима вместо общей системы налогообложения. Одним из признаков «схемы» стали многочисленные беспроцентные договоры займов между компаниями, без соответствующего контроля над их возвратом. Займы использовались для перераспределения денежных средств внутри компании. Как итог, налогоплательщику доначислен налог на прибыль организаций и штраф. Показать сноску: Постановление Арбитражного суда Уральского округа № А50-1777/2022 от 22 ноября 2022 г. Согласно дополнительным пояснениям, представленным свидетелем в дополнение к протоколу доп…
Постановление Арбитражного суда Уральского округа № А50-1777/2022 от 22 ноября 2022 г.
Согласно дополнительным пояснениям, представленным свидетелем в дополнение к протоколу допроса от 10.06.2021 № 94, Махмудов В.Ф.о. вовлек ООО «Золотая крона» в деятельность по продаже пиломатериала для финансовой «разгрузки» ООО «ФорестПром». В связи со значительной налоговой нагрузкой по общей системе налогообложения принято решение в «дроблении» бизнеса и применении УСН для минимизации налоговых обязательств. Собственные денежные средства для ведения деятельности у ООО «Золотая крона» отсутствовали, поэтому ООО «ФорестПром» выдавал беспроцентные займы (без соответствующего контроля по их возврату). Указанные показания Якимовой Т.В. подтверждаются договором беспроцентного займа от 18.01.2016 № 1, заключенным ООО «ФорестПром» (заимодавец) с ООО «Золотая крона» (заемщик), банковскими операциями по расчетным счетам. Проведенный инспекцией анализ расчетных счетов указанных организаций показал использование на постоянной основе данного финансового инструмента (беспроцентных займов) для перераспределения денежных средств внутри группы компаний.
- Условия платежей и возврата
-
Наличие деловой цели займа
Важно, чтобы договор займа имел под собой направленность, реальную хозяйственную цель, но на практике такое происходит не всегда. Так, индивидуальному предпринимателю доначислили НДФЛ и штрафы на сумму денежных средств, полученных ИП в рамках договоров займа. Налоговым органом было установлено, что ИП действовал в качестве посредника для обналичивания денежных средств между физическими и юридическими лицами. А у самого ИП отсутствовала реальная финансовая возможность предоставить многомиллионные займы, а в назначении платежей фигурировало назначение «оплата за товар», и впоследствии без уведомления банка его меняли на «возврат по займу». Тогда как полученные займы снимались наличными через банкомат. Таким образом, суды поддержали позицию налогового органа об отсутствии экономического смысла операции и наличии разумных экономических причин для заключения договоров займа и о направленности займов для создания взаимозависимыми лицами формального документооборота с целью исключения денежных средств из налогооблагаемого дохода физического лица. Показать сноску: Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 18.01.2019 по делу № А67-7866/2017 Относя указанные денежные средства к иным доходам Раваева П.Г., подлежащим включе…
Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 18.01.2019 по делу № А67-7866/2017
Относя указанные денежные средства к иным доходам Раваева П.Г., подлежащим включению в налогооблагаемую базу по НДФЛ, налоговый орган исходил из ряда установленных в ходе проверки обстоятельств, свидетельствующих, в том числе:
- о подконтрольности ряда организаций (ООО «Диамант-Центр», ООО «Сибирьтехстрой», ООО «Универсал-торг», ООО «Талина», ООО «Консалтгрупп») физическим лицам: Ахмадбековой А.М. и Мельниковой С.В., при том, что Мельникова С.В. находится в тесных дружеских отношениях с семьей Раваева П.Г., а также занимается оформлением для Раваева П.Г. документов бухгалтерского учета и имеет нотариально заверенную доверенность на представление интересов Раваева П.Г.;
- о создании ООО «Атлас», ООО «Калейдоскоп», ООО «СК Интеграл», ООО «ТД Интеграл», ООО «Стройтехкомплект» группой лиц с целью проведения транзитных платежей, в том числе с целью обналичивания денежных средств, а не для осуществления реальных хозяйственных операций;
- о перечислении Предпринимателем денежных средств, поступивших на его расчетный счет, лицам, состоящим с ним или членами его семьи в родственных и дружеских отношениях;
- об отсутствии в проверяемый период производственной, торгово-закупочной и иной хозяйственной деятельности, в том числе по поставке и (или) купле-продаже дикоросов (часть денежных средств перечислена на картсчет Таращук Е.Ю. на покупку дикоросов);
- о противоречивости представленных Предпринимателем документов в подтверждение существования заемных отношений.
Исследовав и оценив в соответствии со статьей 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, в совокупности с обстоятельствами, установленными Инспекцией в ходе проверки, суды пришли к выводу о том, что представленные заявителем договоры займа не отражают действительный экономический смысл операции, не обусловлены разумными экономическими и иными причинами (целями делового характера), оформлены для создания взаимозависимыми лицами формального документооборота с целью исключении денежных средств из налогооблагаемого дохода Раваева П.Г.
Формулируя данный вывод, суды исходили из следующего:
- в назначении платежа поступивших на расчетный счет Раваева П.Г. денежных средств указывалось: оплата за продукцию, за ТМЦ по договору, в то время как проверкой установлено отсутствие у него в обозначенный период производственной, торгово-закупочной и иной хозяйственной деятельности (из чего следует нереальность каких-либо взаимоотношений по поставке продукции или ТМЦ, произвольное заполнение поля «назначение платежа»;
- последующее изменение назначения вышеуказанных платежей на «выдача беспроцентного займа» или «возврат займа» не подтверждено надлежащими документами (отсутствует надлежащим образом оформленное соглашение об изменении назначении платежа, уведомление банка о необходимости изменения назначения платежа и т.п.);
- согласно анализу выписок банков о движении денежных средств по расчетным счетам ООО «Диамант-Центр», ООО «Сибирьтехстрой», ООО «Универсал-торг», ООО «Талина», ООО «Консалтгрупп» средства, якобы поступившие от Раваева П.Г. в качестве займов в сентябре - октябре 2014 года, в хозяйственной деятельности указанных организаций себя «не проявили»: на расчетные счета организаций данные средства не вносились, расчеты с третьими лицами за счет указанных средств не осуществлялись; часть из них, спустя непродолжительное время или в этот же день (т.е. задолго до истечения срока действия договора займа) возвращена Раваеву П.Г. на расчетный счет (лицевой счет пластиковой карты), что лишает операции по получению займа от Раваева П.Г. какого-либо экономического смысла;
- в части договоров, по которым Раваев П.Г. указан в качестве заемщика (ООО «Атлас», ООО «Калейдоскоп», ООО «СК Интеграл», ООО «ТД Интеграл», ООО «Стройтехкомплект»), налоговым органом установлено отсутствие доказательств возврата денежных средств Раваевым П.Г. в установленные сроки (до 31.12.2015), а также отсутствие в бухгалтерских балансах указанных организаций информации о выданных займах;
- в отношении поступлений от Таращук Е.Ю. (взаимозависимое лицо в силу наличия родственных отношений) установлено отсутствие реальных заемных отношений: так 03.10.2014 на расчетный счет ИП Таращук Е.Ю. поступили денежные средства от ООО «Калейдоскоп», подконтрольного Беккерману И.А., участвовавшему в схеме по обналичиванию денежных средств, и в тот же день перечислены на счет Раваева П.Г., который в последующем снимает их наличными через банкомат или перечисляет взаимозависимым физическим лицам.
Данные обстоятельства Предпринимателем в нарушение части 1
статьи 65 АПК РФ не опровергнуты.
Кроме того, суды указали, что у Раваева П.Г. отсутствовала реальная возможность предоставить многомиллионные займы ООО «Диамант-Центр», ООО «Сибирьтехстрой», ООО «Универсал-торг», ООО «Талина», ООО «Консалтгрупп» по причине отсутствия у него соответствующих денежных средств, поскольку на момент регистрации в качестве индивидуального предпринимателя 06.10.2014 его возраст составлял 17 лет; до момента регистрации в качестве индивидуального предпринимателя Раваев П.Г. нигде не работал, собственником активов, приносящих регулярный доход, не являлся; объяснения о получении денег от дедушки и отца документально не подтверждены и противоречат фактическим обстоятельствам, выявленным в ходе выездной налоговой проверки.
Исходя из изложенного, суды обоснованно отказали в признании недействительным оспариваемого решения Инспекции в данной части, признав правомерной позицию налогового органа о получении
Раваевым П.Г. доходов в виде поступлений денежных средств от юридических и физических лиц, которые не являются денежными средствами, перечисленными в качестве займа или возврата займа, не связаны с осуществлением им предпринимательской деятельности (не являются расчетом за поставленные товары, работы, услуги), и не относятся в силу подпункта 10 пункта 1 статьи 208 НК РФ к иным доходам, подлежащим включению в налогооблагаемую базу по НДФЛ.
Или другой пример, часто выявляющийся на практике по банковским кредитам – налоговые органы следят за их целевым использованием. ИП доначислили налог по УСН ввиду выдачи ИП своим аффилированным лицам беспроцентных займов на сумму свыше 21 млн рублей за счет средств, полученных от банка по кредитному договору. Налоговый орган установил, что 28 % от полученных кредитных средств ушли на предоставление беспроцентных займов аффилированным лицам, а расходы на цель кредита (строительство) составили в разы меньше. Таким образом, выдача подобных займов не приводила к доходу ИП, поэтому заемные средства использовались не в рамках осуществляемой предпринимательской деятельности, ввиду чего налоговики установили необоснованное включение процентов по кредитам в расходы по налогу на прибыль, что повлекло неуплату налога по УСН. Показать сноску: Постановление 19ААС по делу А35-4489/2019 от 02.11.2022 Из материалов дела следует, что за период с 01.01.2014 по 31.12.2016 ИП Дремин Н.И. выдал беспроцентные займы своим аффил…
Постановление 19ААС по делу А35-4489/2019 от 02.11.2022
Из материалов дела следует, что за период с 01.01.2014 по 31.12.2016 ИП Дремин Н.И. выдал беспроцентные займы своим аффилированным лицам на общую сумму 21 649 073 руб. 47 коп. При этом за счет кредитных средств ИП Дремин Н.И. выдал беспроцентные займы и перевел денежные средства на пластиковые карты 3 318 545 руб. 03 коп., что составляет порядка 28 % от полученных кредитных средств (12 000 000 руб.). В свою очередь, из представленных в материалы дела документов следует, что на строительные материалы и строительно-монтажные работы (цели кредитования) в проверяемом периоде ИП Дремин Н.И. было израсходовано только 1 538 680 руб. 57 коп. При имеющихся незначительных суммах на счетах на дату получения кредита выдача ИП Дреминым Н.И. беспроцентных займов, а также перечисления на пластиковые карты не приводили к получению дохода индивидуального предпринимателя. Ввиду чего, заемные денежные средства использовались налогоплательщиком не в рамках осуществляемой предпринимательской деятельности, соответственно, расходы на выплату процентов в данной части не связаны с получением доходов. В нарушение статьи 346.16 НК РФ проценты по кредитам необоснованно включены заявителем в состав расходов в сумме 10 738 710 руб. 61 коп., что повлекло неуплату налога по УСН в сумме 1 610 806 руб. 00 коп., в том числе за 2014 год – 581 756 руб. 00 коп., за 2015 год – 460 623 руб. 00 коп., за 2016 год – 568 427 руб. 00 коп
Поэтому весьма аккуратно нужно быть с займами, если реальных экономических причин к их оформлению не имеется. Далее рассмотрим типичные схемы нарушений при заключении договоров займа между аффилироваными лицами, которые приводят к доначислениям налогов и уплате штрафов.
1. Прикрытие займами дивидендов
Согласно Налоговому Кодексу, применение УСН индивидуальными предпринимателями предусматривает их освобождение от обязанности по уплате НДФЛ (в отношении доходов, полученных от предпринимательской деятельности, за исключением налога, уплачиваемого с доходов в виде дивидендов), поэтому зачастую предприниматели пытаются уйти от налогов на полученные дивиденды за счет их оформления через займы.Показать сноску: П. 3 ст. 346.11 НК РФ: 3. Применение упрощенной системы налогообложения индивидуальными предпринимателями предусматривает их освобождение от обязанности по уплате налога на дохо…
П. 3 ст. 346.11 НК РФ:
3. Применение упрощенной системы налогообложения индивидуальными предпринимателями предусматривает их освобождение от обязанности по уплате налога на доходы физических лиц (в отношении доходов, полученных от предпринимательской деятельности, за исключением налога, уплачиваемого с доходов в виде дивидендов, а также с доходов, облагаемых по налоговым ставкам, предусмотренным пунктами 2 и 5 статьи 224 настоящего Кодекса), налога на имущество физических лиц (в отношении имущества, используемого для предпринимательской деятельности, за исключением объектов налогообложения налогом на имущество физических лиц, включенных в перечень, определяемый в соответствии с пунктом 7 статьи 378.2 настоящего Кодекса с учетом особенностей, предусмотренных абзацем вторым пункта 10 статьи 378.2 настоящего Кодекса). Индивидуальные предприниматели, применяющие упрощенную систему налогообложения, не признаются налогоплательщиками налога на добавленную стоимость, за исключением налога на добавленную стоимость, подлежащего уплате в соответствии с настоящим Кодексом при ввозе товаров на территорию Российской Федерации и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией (включая суммы налога, подлежащие уплате при завершении действия таможенной процедуры свободной таможенной зоны на территории Особой экономической зоны в Калининградской области), а также налога на добавленную стоимость, уплачиваемого в соответствии со статьями 161 и 174.1 настоящего Кодекса.
Например, налоговый орган доначислит НДФЛ 13% на сумму займов, если будет установлено, что такими суммами прикрываются дивиденды. Так, по итогам проверки налоговый орган доначислил ИП НДФЛ 13% на суммы займов, полученных им от юрлиц, в которых он одновременно являлся учредителем. Подобные сделки по перекладываю денег из одного кармана в другой привлекли внимание налоговиков по следующим признакам:
- у ИП отсутствовала фактическая необходимость в займах,
-
займы расходовались на личные нужды,
-
у взаимозависимых организаций был источник для выплаты дивидендов учредителю, и отсутствовали обстоятельства, препятствующие распределению чистой прибыли между участниками обществ. Показать сноску: Определение ВС РФ от 09.04.2019 № А26-3394/2018 По итогам проверки Инспекция посчитала, что предприниматель в 2015 году получил доход в виде дивидендов от российских организаций…
Определение ВС РФ от 09.04.2019 № А26-3394/2018
По итогам проверки Инспекция посчитала, что предприниматель в 2015 году получил доход в виде дивидендов от российских организаций, который должен облагаться НДФЛ по ставке 13 процентов, в связи с чем неправомерно занизил на 140 900 000 руб. налоговую базу по НДФЛ, не отразив в декларации доход, полученный в виде дивидендов от организаций, в которых он является основным учредителем. В обоснование этого вывода налоговый орган сослался на то, что в 2015 году Свидским А.А. как основным учредителем обществ осуществлялась выдача самому себе (как индивидуальному предпринимателю) заемных денежных средств, которые, по сути, являлись дивидендами, а договоры займа были оформлены лишь для вида, с целью сокрытия для целей налогообложения полученного дохода. Таким образом, по мнению налогового органа, для целей налогообложения договоры займа были учтены не в соответствии с их действительным экономическим смыслом, что позволило налогоплательщику получить необоснованную налоговую выгоду.
Как указано в пункте 3 статьи 346.11 НК РФ, применение УСН индивидуальными предпринимателями предусматривает их освобождение от обязанности по уплате НДФЛ (в отношении доходов, полученных от предпринимательской деятельности, за исключением налога, уплачиваемого с доходов в виде дивидендов, а также с доходов, облагаемых по налоговым ставкам, предусмотренным пунктами 2 и 5 статьи 224 НК РФ).
На основании статьи 209 НК РФ возникновение обязанности по уплате НДФЛ, установленного главой 23 названного Кодекса, связывается с наличием объекта налогообложения - получением гражданами дохода от соответствующих источников.
В главе 23 Налогового кодекса Российской Федерации упоминание о сумме займа как о доходе, подлежащем налогообложению НДФЛ, отсутствует, в том числе применительно к освобождению такого дохода от налогообложения указанным налогом.
Следовательно, при решении вопроса о взимании НДФЛ с суммы полученного займа необходимо руководствоваться закрепленным в статье 41 НК РФ общим принципом определения дохода исходя из извлеченной физическим лицом экономической выгоды.
Согласно пункту 1 Обзора судебной практики рассмотрения судами дел, связанных с применением главы 23 Налогового кодекса Российской Федерации, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 21.10.2015, средства, полученные физическим лицом в долг на условиях возвратности и срочности, не признаются доходом, подлежащим налогообложению НДФЛ, поскольку не образуют экономической выгоды, извлеченной физическим лицом от предоставленного ему займа.
В то же время дивиденды, полученные от российской организации, относятся в соответствии со статьей 208 (подпункт 1 пункта 1) к доходам, полученным налогоплательщиками от источников в Российской Федерации, и признаются объектом обложения НДФЛ.
Как вытекает из правовой позиции Пленума ВАС РФ, выраженной в пунктах 7 и 11 постановления № 53, выявление необоснованной налоговой выгоды предполагает доначисление суммы налога, подлежащей уплате в бюджет исходя из подлинного экономического содержания соответствующей операции.
Удовлетворяя требования предпринимателя, суды первой и апелляционной инстанций сослались на то, что налоговый орган переквалифицировал договоры займа в выплату дивидендов и принял решение о доначислении НДФЛ по причине направленности действий налогоплательщика и взаимозависимых организаций на создание видимости предоставления заемных средств. При этом суды указали, что Инспекция квалифицировала сделки, заключенные предпринимателем с обществами с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «САНА+», «Стройинвестмаркет», «СКапитал», «Трейд Мастер», «ЛифтСтрой», «САНА», «ПГИнвест», как притворные договоры займа. В то же время стороны спорных договоров согласовали все существенные условия сделок, займы фактически предоставлены предпринимателю, заявителем осуществлены действия по возврату заемных средств и уплате процентов, организациями – займодавцами исчислены и уплачены налоги с сумм полученных процентов. Данные обстоятельства суды расценили в качестве, свидетельствующих о том, что волеизъявление сторон было направленно именно на заключение договоров займа. Суды также отклонили довод Инспекции об отсутствии разумной деловой цели для получения предпринимателем заемных денежных средств в связи отсутствием достаточных и гарантированных источников погашения займов. По мнению судов, налоговый орган не представил доказательства неполучения предпринимателем экономической выгоды от осуществленных операций. Кроме того, суды посчитали неосновательной ссылку Инспекции на непринятие спорными организациями в течение длительного периода (с 2008 по 2016 год) решений о выплате дивидендов при наличии значительной суммы нераспределенной прибыли и отсутствии каких-либо препятствий и ограничений. Суды указали, что принятие или непринятие решения о выплате дивидендов является исключительно компетенцией участников обществ.
Между тем вопреки позиции судов Инспекцией вопрос о переквалификации сделок - договоров займа в ходе проверки не решался. Доначисление НДФЛ Инспекцией связано с выводом, что предприниматель необоснованно получил налоговую выгоду, учитывая для целей налогообложения спорные операции на основании формально оформленных с подконтрольными ему организациями договоров займа не в соответствии с их действительным экономическим смыслом.
2. Прикрытие займом оплаты товара
Другой частый случай нарушения с займами – это схема по сокрытию выручки, когда документы по товарам/работам/услугам не оформляются, вместо этого стороны заключают договор займа на соответствующую сумму для того, чтобы избежать налогообложения выручки.
Однако налоговые органы раскрывают и такие непростые ухищрения: например, учредитель предоставлял обществу беспроцентные займы в размере, который соответствует, неучтенной выручке, не имея финансовой возможности по предоставлению займов. При этом в договорах займа и дополнительных соглашениях к ним не указаны суммы предоставляемых заемных средств, сроки, порядок выдачи и возврата заемных средств. Заемные средства регулярно вносились в кассу общества и в дальнейшем на расчетный счет учредителя с назначением платежа «выручка» в дни сдачи наличной торговой выручки в банк, однако источник формирования этой выручки подтвержден не был. В результате налогоплательщику был доначислен налог на прибыль.Показать сноску: Постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа по делу А32-18010/2020 от 14.09.2021 Суд апелляционной инстанции установил, что налоговые обязательства налогоплательщи…
Постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа по делу А32-18010/2020 от 14.09.2021
Суд апелляционной инстанции установил, что налоговые обязательства налогоплательщика исчислены по общей системе налогообложения с учетом информации, содержащейся в выписках по расчетному счету общества; фискальных отчетах с контрольно-кассового аппарата общества (модель ЭКР 2102К, заводской № 1625661); книг учета доходов и расходов предприятия за 2014 – 2016 годы; регистров бухгалтерского учета общества в виде карточек бухгалтерских счетов и других регистров; инвентаризационных описей товарно-материальных ценностей по состоянию на 31.12.2013, 31.12.2014, 31.12.2015, 31.12.2016; частично представленных и изъятых первичных документах, а также на основании сведений о налогоплательщике, полученных в результате истребования документов и информации у контрагентов общества в порядке статьи 93.1 Кодекса. Объем полученной обществом выручки в целях определения налоговых обязательств по общей системе налогообложения определен налоговым органом как сумма наличной выручки, полученной в режиме ЕНВД, с учетом заниженной выручки, отраженной в учете общества под видом займа от учредителя и сданной в банк как торговая выручка, откорректированной на суммы оплаты в режиме УСН за наличный расчет, и выручки в режиме УСН. Занижение предприятием полученной наличной выручки установлено в ходе проведения проверки и первоначально зафиксировано в акте выездной налоговой проверки (страницы 46 – 51): часть полученных наличных денежных средств, не имеющих документального подтверждения, не фиксировалась предприятием через ККТ, а вносилась в кассу общества в виде займа от учредителя, при этом одновременно сдавалась в банк как «торговая выручка». Налогоплательщик в проверяемом периоде применял специальные режимы налогообложения в виде ЕНВД, при котором доходы не декларируются, и УСН, при котором доходы определялись кассовым методом. Выручка от реализации товаров (работ, услуг) в целях расчета налогов по общей системе налогообложения налогоплательщиком в проверяемом периоде не определялась, ввиду чего установленный проверкой факт ее занижения или сокрытия, как указано в дополнении № 3 к акту проверки, не мог быть квалифицирован налоговым органом как отдельное правонарушение.
Суд апелляционной инстанции установил, что налоговым органом в ходе проверки использованы выписки банка филиала № 8 ПАО КБ «Центр-Инвест» о движении денежных средств по расчетному счету № 40702810702100000413 за период с 01.01.2014 по 01.01.2016. В ходе проверки инспекцией установлено превышение суммы зачисленных на расчетный счет наличных средств над суммой выручки по данным фискальных отчетов на 368 733 656 рублей. Согласно данным фискальных отчетов ККТ за периоды со 2 квартала 2014 года по 3 квартал 2015 года, со 2 квартала 2016 года по 4 квартал 2016 года выручка составила 1 723 678 344 рубля. При этом согласно выпискам банка, на расчетный счет общества за указанный период внесены наличные денежные средства в размере 2 092 412 000 рублей. Выявленная разница между размером торговой выручки, внесенной на счет предприятия, и размером выручки, учтенной по данным фискальных отчетов ККТ, внесена обществом на расчетный счет как платежи с наименованием «торговая выручка». Под видом займа учредителя фактически аккумулировалась поступающая и не учтенная выручка. По результатам мероприятий налогового контроля, при анализе сведений, содержащиеся в кассовых книгах налогоплательщика за период 2014 – 2016 годы, установлено, что в проверяемом периоде учредитель и руководитель общества Адонин Т.В. предоставлял обществу беспроцентные займы в крупных размерах (более 1,5 млрд рублей).
Суд апелляционной инстанции установил, что в ходе выездной проверки инспекция установила, что учредитель предприятия Адонин Т.В. (доля в уставном капитале 50%) и общество заключили договор беспроцентного займа от 01.11.2013 № 1 с дополнительными соглашениями от 01.11.2014 № 1, 01.11.2015 № 2, 01.11.2016 № 3, согласно которому учредителем в течение всего проверяемого периода безвозмездно предоставлялись предприятию заемные средства. При этом в договоре займов и дополнительных соглашениях к нему не указаны сумма заемных средств, сроки, порядок выдачи и возврата земных средств. Предоставленные Адониным Т.В. заемные средства регулярно вносились в кассу общества и в дальнейшем на расчетный счет заявителя с назначением платежа «выручка», «торговая выручка» в дни сдачи наличной торговой выручки в банк. Требованием от 11.02.2019 № 133 инспекция запросила у налогоплательщика пояснение по вопросам о том, за счет каких средств и в какие сроки предусмотрено погашение долга по договору займа, заключенного с Адониным Т.В., чем обусловлен несистемный график внесения и возврата заемных средств, чем обусловлены суммы (разные суммы, наличие копеек), которыми осуществлялось внесение заемных средств в кассу общества, пояснения по указанным вопросам общество не представило, указав, что в качестве финансирования использовались кредитные средства, а также заем учредителя.
Суд апелляционной инстанции установил, что в ответ на требование инспекции от 09.06.2018 № 15-24/96130 о представлении документов, подтверждающих источник дохода для выдачи займов обществу, Адонин Т.В. представил свидетельства о регистрации в качестве предпринимателя и пояснительную записку, в которой сообщалось, что источником предоставленных заемных средств обществу за период 2014 – 2016 годы в размере 1,6 млрд рублей, является предпринимательская деятельность Адонина Т.В. за период с 30.11.1992 по 30.11.1997 и с 02.02.1998 по 03.07.2013; иные документы Адониным Т.В. не представлены. Повторное требование, выставленное налоговым органом в ходе дополнительных мероприятий налогового контроля, о представлении документов, подтверждающих получение дохода в размере предоставленных займов, Адониным Т.В. не исполнено. По повестке от 09.07.2018 № 15-34/114 о вызове на допрос в налоговый орган для дачи пояснений Адонин Т.В. не явился. При этом официально подтвержденный доход Адонина Т.В. за последние 15 лет (2001 – 2016 годы), согласно представленным в налоговый орган справкам по форме 2-НДФЛ, составил 2 700 тыс. рублей. Осуществляя деятельность в качестве индивидуального предпринимателя, Адонин Т.В. применял систему налогообложения в виде ЕНВД по виду деятельности «розничная торговля в палатках и на рынке» (1 торговое место). По данным деклараций, представленных в налоговый орган с 2003 года по 2 квартал 2007 года, сумма вмененного дохода за указанный период составила 395 061 рубль. С 3 квартала 2007 года по 1 квартал 2009 года, декларации представлялись Адониным Т.В. в налоговый орган с «нулевыми» показателями, со 2 квартала 2009 года по 2 квартал 2013 года (до момента прекращения деятельности в качестве индивидуального предпринимателя), налоговые декларации в налоговый орган не представлялись. Соучредителем Адонина Т.В. в обществе в проверяемом периоде являлась его супруга Адонина Л.Е., с долей в уставном капитале 50%. Официально подтвержденный доход Адониной Л. Е. за последние 15 лет (2001 – 2016 годы) согласно представленным в налоговый орган справкам по форме 2-НДФЛ составил 1 987 тыс. рублей. Адонина Л.Е. также осуществляла деятельность в качестве индивидуального предпринимателя с 13.03.2001 по 11.02.2013, применяла систему налогообложения в виде ЕНВД по тому же виду деятельности «розничная торговля в палатках и на рынке» (1 торговое место). По данным деклараций, представленных в налоговый орган с 2003 года по 1 квартал 2009 года, сумма вмененного дохода за указанный период составила 588 359 рублей. Со 2 квартала 2009 года по 1 квартал 2013 года (до момента прекращения деятельности в качестве индивидуального предпринимателя) налоговые декларации в налоговый орган не представлялись.
Таким образом, установив, что подтвержденный доход Адонина Т.В. за период с 2003 года по 2016 год составляет 3 095 061 рубль, подтвержденный доход Адониной Л.Е. за тот же период составляет 2 575 359 рублей, суд апелляционной инстанции сделал вывод об отсутствии у Адонина Т.В. финансовой возможности предоставлять предприятию займы, ввиду отсутствия документально подтвержденного дохода, сопоставимого с размером займа. Выявленная разница между размером торговой выручки, внесенной на счет предприятия, и размером выручки, учтенной по данным фискальных отчетов ККТ, самостоятельно внесена налогоплательщиком на расчетный счет как платежи с наименованием «торговая выручка» и впоследствии использовалась предприятием в своей деятельности в расчетах с поставщиками по приобретению товаров и дальнейшей их реализации.
С учетом изложенного, является правильным вывод суда апелляционной инстанции о том, что инспекция правомерно включила спорные суммы в выручку общества от осуществления деятельности по оптовой торговле.
3. Вместо инвестиций – займ
Не менее часто на практике встречается переквалификация налоговой договор займа в договор об инвестиционной деятельности, влекущий иные налоговые последствия в сравнении с займом. Например, при возникновении спора о квалификации договора как договора займа или договора инвестирования между российской «дочкой» и иностранной головной компанией суды пришли к выводу о необходимости квалифицировать договор как инвестиционный на основании следующего:
-
Иностранная компания фактически инвестировала субъект предпринимательской деятельности с целью финансового обеспечения при строительстве золотодобывающего предприятия и получения прибыли (дохода),
-
Первоначально стороны заключили инвестиционный договор, после чего договорились о замене обязательств общества перед иностранной компанией по инвестиционному договору заемным обязательством путем заключения сторонами договора займа.
-
Довод о замене инвестиционного обязательства новацией был ключевым доводом налогоплательщика, однако налоговой и судами он не был принят во внимание по причине формального заключения договора новации на остаток долга по инвестиционному договору, для того чтобы избежать налогообложения. Суды установили, что обусловленное понижением курса российского рубля изменение валюты платежа по договору инвестирования, который на день заключения договора новации был исполнен, привело к возникновению у общества обязанности по возврату иностранной компании денежных средств вдвое больше полученной суммы инвестиции, для того чтобы избежать это, был заключен мнимый договор новации.
Вам необходима первичная консультация?
В результате налогоплательщики были обязаны доплатить налог на прибыль и пени свыше 100 миллионов рублей. Таким образом, займы между аффилированными лицами являются весьма рискованными инструментами в хозяйственной деятельности, поскольку в случае их отклонения от рыночных условий могут привести к явным негативным последствиям: начиная от доначисления налогов и заканчивая установлением схемы дробления бизнеса. Поэтому при принятии решения об оформлении отношений с помощью договора займа рекомендуем обратиться к юристу для правильного структурирования сделки и во избежание негативных налоговых последствий подобных сделок.Показать сноску: Постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа от 20 июня 2020 г. по делу А59-4486/2019 Суды первой и апелляционной инстанций не установили правовых оснований для удовл…
Постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа от 20 июня 2020 г. по делу А59-4486/2019
Суды первой и апелляционной инстанций не установили правовых оснований для удовлетворения заявленных ООО «Курилгео» требований. Суды согласились с доводами инспекции о том, что заключение дополнительного соглашения от 26.01.2015 № 3 к инвестиционному договору от 16.04.2012 и договора новации от 01.02.2016 имело цель получения необоснованной налоговой выгоды. Суды установили, что обусловленное понижением курса российского рубля изменение валюты платежа по договору инвестирования, который на день подписания дополнительного соглашения и заключения договора новации был исполнен, привело к возникновению у общества обязанности по возврату иностранной компании денежных средств вдвое больше полученной суммы инвестиции. Такие действия признаны судами лишенными разумного экономического смысла и деловой цели, расценены как направленные на соблюдение интересов инвестора, получившего убытки в виде разницы курса вложения (инвестированного) рубля по отношению к доллару. Договор новации от 01.02.2016 судами признан мнимым, поскольку указанная сделка совершена без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Сделав вывод о том, что учтенные в целях налогообложения прибыли спорные расходы общества (курсовые разницы и проценты) нельзя соотнести с деятельностью налогоплательщика по извлечению прибыли, суды согласились с доводом инспекции о правомерном доначислении налога на прибыль организаций.