29 май 2025
Законодательство о банкротстве предусматривает широкий перечень способов защиты и восстановления прав кредиторов. Так, в арсенале управляющего и кредиторов имеются специальные механизмы, в частности: оспаривание сделок должника, привлечение контролирующих его лиц (КДЛ) к субсидиарной ответственности и (или) взыскание с них убытков, причиненных конкурсной массе.
Вам необходима первичная консультация?
При этом нередко в процедуре банкротства используется не один из этих способов, а их комбинация. Это иногда приводит к ситуациям, когда в одном и том же банкротном деле, например, могут быть оспорены сделки по выводу активов должника с взысканием стоимости этих активов с контрагентов и взысканы убытки с КДЛ за совершение этих же сделок от имени должника. В этом случае у конкурсной массы фактически возникают два требования к разным лицам – реституционное к контрагентам должника и деликтное – к КДЛ.
На первый (и, забегая вперед, ошибочный) взгляд, никакого подвоха нет - конкурсная масса может получить сполна по каждому из требований, ведь они имеют различное основание и разных ответчиков-должников. В крайнем случае, оба требования или одно из них (хоть и, как правило, с большим дисконтом) могут быть проданы с торгов, и от каждого из них конкурсная масса что-нибудь да получит.
Однако судебная практика придерживается иной позиции и исходит из солидарного характера подобных требований. Это порождает ряд важных нюансов, о которых мы и расскажем далее.
Один экономический интерес и взаимопогашающий эффект
Общие правила о солидарных обязательствах закреплены в Гражданском кодексе и сводятся к обязанности нескольких должников исполнять обязательство перед кредитором до тех пор, пока оно не будет исполнено полностью. При этом кредитор вправе требовать полного исполнения как от всех должников совместно, так и от одного из них.Показать сноску: Ст. 322 ГК РФ: 1. Солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установл…
Ст. 322 ГК РФ:
1. Солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства.
Ст. 323 ГК РФ:
1. При солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга.
2. Кредитор, не получивший полного удовлетворения от одного из солидарных должников, имеет право требовать недополученное от остальных солидарных должников.
Солидарные должники остаются обязанными до тех пор, пока обязательство не исполнено полностью.
Ст. 325 ГК РФ:
1. Исполнение солидарной обязанности полностью одним из должников освобождает остальных должников от исполнения кредитору.
В последние годы Верховный Суд РФ (ВС) начал стремительно развивать практику солидаритета в отношении требований с различными, в том числе по правовой природе основаниями возникновения (например, реституция и деликт). Разумеется, такая практика получила широкое распространение в банкротных делах, так как именно там подобные ситуации возникают с завидной регулярностью (как в примере из начала статьи).
Так, в 2023 году до ВС дошел спор о привлечении к субсидиарной ответственности КДЛ (супругов, один из которых был руководителем и единственным участником должника). В этом споре было установлено, что в преддверии своего банкротства должник (в лице одного супруга) приобрел земельный участок по завышенной цене у второго супруга. В договоре купли-продажи цена участка была определена в размере 10,8 млн. руб., в то время как его рыночная стоимость составляла всего 2,4 млн. руб. Фактически супругу-продавцу из согласованных 10,8 млн. руб. было выплачено 4,9 млн. руб., еще на 5,4 млн. руб. стороны произвели зачет.
Ранее в этом же деле договор купли-продажи был признан недействительным в части превышения стоимости участка, с супруга-продавца в конкурсную массу взыскано 7,8 млн. руб. Затем это право требования было продано управляющим с торгов за 1,3 млн. руб. Суды трех инстанций привлекли обоих супругов к субсидиарной ответственности, а также взыскали убытки с супруга-руководителя должника. Но ВС акты нижестоящих судов отменил и отказал в привлечении супругов к ответственности.Показать сноску: Определение СКЭС ВС РФ № 307-ЭС20-22591 (3,4) от 23.11.2023: В рассматриваемом случае с Силина Н.И. в качестве последствий недействительности сделки взыскана денежная сумма (7 8…
Определение СКЭС ВС РФ № 307-ЭС20-22591 (3,4) от 23.11.2023:
В рассматриваемом случае с Силина Н.И. в качестве последствий недействительности сделки взыскана денежная сумма (7 841 292 руб. 31 коп.), превышающая впоследствии установленный судами размер непогашенных требований кредиторов (6 833 289 руб. 21 коп.).
При этом в силу пункта 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации Силина Е.В. отвечает за убытки, причиненные этой сделкой, в том же размере.
Данные требования направлены на удовлетворение одного экономического интереса (возмещение ущерба обществу) и являются солидарными.
Право требования с Силина Н.И. указанной суммы продано обществом с торгов, полученная выручка распределена между кредиторами.
По смыслу пункта 1 статьи 308, пункта 1 статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации продажа требования к Силину Н.И. означает продажу требования и к другому солидарному должнику – Силиной Е.В. Такой подход согласуется с правовой позицией, изложенной в Обзоре судебной практики №5 (2017), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017.
При продаже обществом третьему лицу требований к Силиным, последние объективно не имеют возможности возвратить полученное в конкурсную массу, они должны предоставить исполнение цессионарию (статьи 382, 385 Гражданского кодекса Российской Федерации). В таком случае пополнение конкурсной массы осуществляется посредством получения цены договора купли-продажи названного требования.
Таким образом, общество, получившее выручку за счет продажи права требования к Силиным на торгах (в размере, превышающем реестр требований кредиторов), не вправе рассчитывать на взыскание с упомянутых лиц причиненного недействительной сделкой ущерба в порядке привлечения к субсидиарной ответственности.
При изложенных обстоятельствах оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего у судов не имелось.
ВС обратил внимание на то, что общий размер требований к должнику составляет 6,8 млн. руб., т.е. меньше суммы, взысканной с супруга-продавца в результате оспаривания той же сделки (7,8 млн. руб.). При этом первый супруг как руководитель должника отвечает за убытки в том же размере, что и продавец. Данные требования направлены на удовлетворение одного экономического интереса (возмещение ущерба должнику) и являются солидарными. В свою очередь, конкурсная масса после продажи с торгов требования на 7,8 млн. руб. к супругу-продавцу (т.е. в размере, номинально превышающем размер реестра), уже получила полное возмещение.
В другом споре ВС не дал привлечь КДЛ к субсидиарной ответственности за совершение убыточной сделки в пользу самого себя. Эта сделка также была ранее оспорена, с КДЛ была взыскана стоимость полученного им актива, а соответствующее право требования затем было продано с торгов третьему лицу. Приведя аналогичную первому делу аргументацию об одном экономическом интересе, ВС также подчеркнул присущую солидарным обязательствам особенность – двойное исполнение по этим требованиям недопустимо, а предоставление исполнения по любому из них одновременно производит погашающий эффект и на другое.Показать сноску: Определение СКЭС ВС РФ № 305-ЭС20-23090 (5,6) от 06.02.2025: Касьяновой Г.И. вменено причинение вреда кредиторам общества "Касис" совершением противоправной сделки – продажей зе…
Определение СКЭС ВС РФ № 305-ЭС20-23090 (5,6) от 06.02.2025:
Касьяновой Г.И. вменено причинение вреда кредиторам общества "Касис" совершением противоправной сделки – продажей земельного участка. За это в порядке реституции суд взыскал с нее как со стороны сделки стоимость отчужденного актива общества. Те же обстоятельства (совершение обществом "Касис" под руководством Касьяновой Г.И. убыточной сделки по продаже земельного участка, повлекшей банкротство общества), положены в основу требования о её привлечении к субсидиарной ответственности. Оба требования направлены на удовлетворение одного и того же экономического интереса кредитора. Двойное исполнение по этим требованиям недопустимо, а предоставление исполнения по любому из них одновременно производит погашающий эффект и на другое.
В связи этим в силу схожести правоотношений правовая позиция об одновременной уступке солидарных требований применима и для этого случая. Следовательно, если общество "Касис" уступило третьим лицам реституционное требование к Касьяновой Г.И., то в отсутствие соглашения между сторонами договора цессии о раздельной уступке это означает, что одновременно уступлено и требования к Касьяновой Г.И. о возмещении убытков в порядке субсидиарной ответственности. Более того, поскольку обязательства прочих контролировавших общество "Касис" лиц солидарны с обязательством Касьяновой Г.И., по тем же основанием уступлены требования и к ним.
Таким образом, требование к контрагенту по оспоренной сделке и требование о привлечении КДЛ к ответственности (субсидиарной или возмещении убытков) за совершение этой же сделки являются солидарными и взаимопогашающими.
Солидаритет с убытками арбитражного управляющего
Как известно, убытки можно взыскать не только с КДЛ, но и, например, с арбитражного управляющего, должным образом не исполняющего свои обязанности (например, неоспаривающего сделки должника, необспечивающего сохранность конкурсной массы и др.).
В 2022 году ВС рассмотрел спор о взыскании убытков с управляющего, умышленно уклонившегося от оспаривания сделок по отчуждению должником имущества, (будучи в преступном сговоре с КДЛ). В результате допущенного управляющим бездействия возврат имущества контрагентом оказался невозможным даже после оспаривания сделки следующим (независимым) управляющим (к тому времени спорное имущество уже было перепродано контрагентом).
Признавая правомерность взыскания убытков с управляющего, ВС, тем не менее, упомянул, что эти убытки и взысканная с контрагента стоимость имущества являются солидарными, а совокупное фактическое исполнение по ним не может превысить стоимость утраченного имущества.Показать сноску: Определение СКЭС ВС РФ № 305-ЭС16-16302 (5) от 07.04.2022: Равным образом, конкурсный управляющий Горбунов Н.И. подлежал привлечению к гражданско-правовой ответственности в виде…
Определение СКЭС ВС РФ № 305-ЭС16-16302 (5) от 07.04.2022:
Равным образом, конкурсный управляющий Горбунов Н.И. подлежал привлечению к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков вследствие ненадлежащего исполнения обязанности по оспариванию сделок независимо от наличия судебного акта о взыскании в порядке реституции с компании «СКБМ» стоимости имущества, отчужденного по этим сделкам.
Несмотря на то, что указанные обязательства управляющего и компании возникли из разных оснований, к ним применяются нормы о солидарных обязательствах, совокупное фактическое исполнение по данным обязательствам не может превышать стоимость утраченного имущества.
В другом деле - о взыскании убытков с управляющего, допустившего списание 68,4 млн. рублей со счета должника, - ВС с аналогичной мотивировкой отказал в удовлетворении заявления. Здесь было установлено, что ранее эти денежные средства были взысканы с их получателя в порядке реституции, а соответствующая дебиторская задолженность была продана с торгов третьему лицу.
Учитывая направленность обоих требований на удовлетворение одного экономического интереса (конкурсной массы), уступка одного из них третьему лицу повлекла одновременную уступку и по второму требованию – к управляющему. Таким образом, на момент взыскания убытков с управляющего такое требование должнику и его кредиторам уже не принадлежало, а перешло к покупателю (цессионарию) первого требования (к теме уступки вернемся чуть позже).Показать сноску: Определение СКЭС ВС РФ № 305-ЭС22-15637 (2,3) от 12.09.2024 В рассматриваемом случае реализовано два способа восстановления нарушенных прав должника и его кредиторов: · настояще…
Определение СКЭС ВС РФ № 305-ЭС22-15637 (2,3) от 12.09.2024
В рассматриваемом случае реализовано два способа восстановления нарушенных прав должника и его кредиторов:
· настоящее требование о взыскании в конкурсную массу должника убытков с Лысенко С.А., основанное на отсутствии со стороны последнего своевременных действий для предотвращения исполнения судебного акта Балашихинского городского суда Московской области по делу № 2-306/2020 в виде списания со счёта должника в пользу общества «Хилберг» 68 430 295 рублей 20 копеек;
· требование к обществу «Хилберг» о признании недействительной сделкой договора поручительства, положенного в основу рассмотренного Балашихинским городским судом в рамках дела № 2-306/2020 иска к должнику, результатом рассмотрения которого стало взыскание с общества «Хилберг» в конкурсную массу должника 68 430 295 рублей 20 копеек.
Оба требования заявлены в интересах должника и сообщества его кредиторов, направлены на восстановление одного и того же права, нарушенного списанием денежных средств из конкурсной массы 8 мая 2020 года.
В случае удовлетворения требований, ответственность Лысенко С.А. и общества «Хилберг» носила бы солидарный характер (статья 323 Гражданского кодекса Российской Федерации).
C учётом солидарного характера обязательств уступка одного из них предполагает одновременную уступку и всех остальных, поскольку они все направлены на защиту одного экономического интереса (пункт 1 статьи 308, пункт 1 статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации; определение Верховного Суда Российской Федерации от 5 июля 2024 года № 308-ЭС22- 21714 (3,4,5)).
Условия сделки по уступке прав требования не содержали каких-либо исключений или оговорки относительно солидарных прав, в частности, права требования о взыскании убытков с Лысенко С.А., что не оспаривается лицами, участвующими в деле.
Следовательно, на момент полной оплаты договора цессии – 4 апреля 2023 года все права требования, основанные на перечислении со счёта должника 8 мая 2020 года в пользу общества «Хилберг» 68 430 295 рублей 20 копеек, должнику и сообществу его кредиторов не принадлежали.
Поручительство и субсидиарная ответственность
Распространение содидаритета через идею одного экономического интереса иногда может ключевым образом повлиять и на судьбу обеспечительных обязательств, например, поручительства КДЛ за подконтрольного ему должника. В прошлом году до ВС дошел спор, в котором решалась судьба, казалось бы, не связанных между собой требований из поручительства и субсидиарки.
Предыстория этого спора следующая. Банк выдал обществу кредит, а руководитель общества выступил по нему поручителем. Впоследствии общество было признано банкротом, и в рамках дела о его банкротстве этот же руководитель был привлечен к субсидиарной ответственности по долгам общества. Затем право требования к руководителю по субсидиарке с «молчаливого» согласия банка было реализовано управляющим на торгах третьему лицу. Банк, полагая, что у него осталось требование к руководителю как поручителю, обратился с заявлением о включении в реестр в рамках личного банкротства руководителя. Суды трех инстанции заявление банка удовлетворили.Показать сноску: П. 2 ст. 61.17 Закона о банкротстве: В течение десяти рабочих дней со дня опубликования сообщения, предусмотренного пунктом 1 настоящей статьи, каждый кредитор, в интересах кото…
П. 2 ст. 61.17 Закона о банкротстве:
В течение десяти рабочих дней со дня опубликования сообщения, предусмотренного пунктом 1 настоящей статьи, каждый кредитор, в интересах которого лицо привлекается к субсидиарной ответственности, вправе направить арбитражному управляющему заявление о выборе одного из следующих способов распоряжения правом требования о привлечении к субсидиарной ответственности:
1) взыскание задолженности по этому требованию в рамках процедуры, применяемой в деле о банкротстве;
2) продажа этого требования по правилам пункта 2 статьи 140 настоящего Федерального закона;
3) уступка кредитору части этого требования в размере требования кредитора.
Абзац второй п. 3 ст. 61.17 Закона о банкротстве:
Кредитор, от которого к указанному сроку не будет получено заявление, считается выбравшим способ, предусмотренный подпунктом 2 пункта 2 настоящей статьи.
Однако остальные кредиторы, включая того самого покупателя требования по субсидиарке, с этим не согласились и пожаловались в ВС, который их поддержал. Разрешая спор, ВС исходил из того, что поручительство и субсидиарка – солидарные требования, двойное исполнение по которым недопустимо. Следовательно, продажа (уступка) требования по субсидиарке к руководителю влечет одновременную уступку всех солидарных с ним требований, включая поручительство.
Особое внимание в этом споре ВС обратил и на то, что банк мог участвовать в разработке положения о продаже требования по субсидиарке, а именно условия о продаже только этого требования, т.е. в отрыве от иных связанных с ним обязательств. Кроме того, банк мог оставить это требование за собой и в дальнейшем самостоятельно определить условия уступки. Тем не менее ничего из этого банк не сделал, фактически согласившись со стандартными условиями продажи «дебиторки» на торгах, в результате чего автоматически лишился и второго требования к руководителю как поручителю.Показать сноску: Определение СКЭС ВС РФ № 308-ЭС22-21714 (3,4,5) от 05.07.2024: Включённое в реестр неисполненное обязательство должника перед кредитором и обязательство контролирующего лица из…
Определение СКЭС ВС РФ № 308-ЭС22-21714 (3,4,5) от 05.07.2024:
Включённое в реестр неисполненное обязательство должника перед кредитором и обязательство контролирующего лица из субсидиарной ответственности в той же мере являются солидарными и образуют множественность должников, поскольку они направлены на защиту одного и того же интереса кредитора (пункт 1 статьи 322 ГК РФ, пункт 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве).
Следовательно, обязанности поручителя и контролирующего должника лица перед кредитором в соответствующей части опосредованно также являются солидарными между собой. В силу этого двойное исполнение по ним недопустимо. Кредитор по данным обязательствам имеет право требовать исполнения и обращаться за взысканием как с одного из них, так и с обоих сразу, как полностью, так и в части долга (пункт 1 статьи 323 ГК РФ), учитывая самостоятельность таких обязательств (абзац 2 пункта 1 статьи 308, статья 324 ГК РФ), а предоставление исполнения по любому из требований одновременно производит погашающий эффект и на другое (пункт 1 статьи 325 ГК РФ).
C учётом солидарного характера обязательств уступка одного из них, например, обязательства контролирующего должника лица перед кредитором, по общему правилу предполагает одновременную уступку и всех остальных, в том числе обеспечивающих обязательств, поскольку они все направлены на защиту одного экономического (имущественного) интереса кредитора и в этом смысле являются связанными с уступаемым требованием (пункт 1 статьи 308, пункт 1 статьи 384 ГК РФ).
Аналогичные упущение банка и позиция ВС встретились еще в одном споре. Здесь КДЛ-поручитель, неосвобожденный от обязательств перед банком (как поручитель) по итогам личного банкротства, просил признать не подлежащим исполнению определение суда о завершении реализации имущества в части его неосвобождения от обязательств.
Дело в том, что спустя год после безуспешного завершения своего банкротства КДЛ-поручитель был привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам общества-заемщика, а соответствующее требование по субсидиарке было реализовано на торгах третьему лицу. На эти обстоятельства и ссылался КДЛ-поручитель, указывая, что после уступки «субсидиарного» требования к нему банк лишился и возможности взыскания с него долга как с поручителя.
Данная позиция была поддержана ВС с аналогичными выводами о солидаритете субсидиарки и поручительства, а также об утрате банком одновременно двух этих требований, несмотря на, казалось бы, уступку только одного из них.Показать сноску: Определение СКЭС ВС РФ № 307-ЭС20-18035 (2) от 02.12.2024: Обязательства поручителя (из договора поручительства) и контролирующего должника лица (из субсидиарной ответственности…
Определение СКЭС ВС РФ № 307-ЭС20-18035 (2) от 02.12.2024:
Обязательства поручителя (из договора поручительства) и контролирующего должника лица (из субсидиарной ответственности) различаются по своей правовой природе, но направлены на защиту одного экономического (имущественного) интереса кредитора, заключающегося в возврате задолженности основного должника. Такие обязательства являются как солидарными по отношению к задолженности основного должника, так и опосредованно солидарными между собой. Двойное исполнение по ним недопустимо (пункт 1 статьи 325 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Изолированная уступка одного из солидарных обязательств приводила бы к возникновению ситуации, при которой цедент уже после передачи права, получив исполнение или произведя взыскание по оставшемуся у него солидарному обязательству, мог бы одновременно прекратить обязательство, перешедшее к цессионарию.
Возможность такого недобросовестного и противоречащего абзацу пятому пункта 2 статьи 390 Гражданского кодекса Российской Федерации поведения не отвечает существу отношений цессии, поскольку создает на стороне цессионария неопределенность в его правовом положении, зависящую исключительно от воли цедента.
В силу этого при толковании условий договора уступки требования, входящего в состав солидарных обязательств, следует, по общему правилу, исходить из единовременной уступки всех солидарных требований, как упомянутых в договоре, так и не упомянутых в нем. Все уступаемые требования в изложенном смысле являются связанными между собой (пункт 1 статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Субсидиарная ответственность и расходы на финансирование процедур банкротства
Выплата вознаграждения арбитражному управляющему и компенсация расходов, понесенных на проведение банкротных процедур, - это требования, погашение которых производится за счет имущества должника, а при его недостаточности - за счет участников должника и заявителя по делу о банкротстве. Кроме того, в случае привлечения КДЛ к субсидиарной ответственности за доведение должника до банкротства такие расходы могут быть погашены и за счет КДЛ в составе субсидиарной ответственности. При этом обязательства всех вышеуказанных лиц по возмещению расходов на процедуры банкротства также связаны одним экономическим интересом, то есть являются взаимопогашающими и солидарными.Показать сноску: Определение СКЭС ВС РФ № 307-ЭС20-22306 (2) от 17.04.2023: При недостаточности у должника имущества для погашения расходов обязанность осуществить соответствующие выплаты может…
Определение СКЭС ВС РФ № 307-ЭС20-22306 (2) от 17.04.2023:
При недостаточности у должника имущества для погашения расходов обязанность осуществить соответствующие выплаты может быть возложена на его учредителей и участников (пункт 5 статьи 61, пункт 2 статьи 62 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 27.10.2022 № 307-ЭС20-1134 (2)).
Также при недостаточности у должника имущества арбитражный управляющий вправе обратиться с требованием о компенсации расходов к заявителю по делу о банкротстве (пункт 3 статьи 59 Закона о банкротстве).
Таким образом, учредители (участники) должника и заявитель по делу о банкротстве отвечают перед арбитражным управляющим по долгам о возмещении расходов субсидиарно по отношению к должнику. В то же время для целей обращения к указанным лицам не требуется окончания мероприятий исполнительного производства в отношении должника в связи с невозможностью исполнения, а достаточно привести доводы о наличии (по внешним признакам) разумных оснований полагать, что имеющегося у должника имущества недостаточно для эффективного и оперативного осуществления выплаты.
При доказанности оснований для обращения к учредителям (участникам) или заявителю по делу о банкротстве с требованием о взыскании расходов указанные лица наряду с должником отвечают перед арбитражным управляющим солидарно (статьи 322, 323 и 325 Гражданского кодекса Российской Федерации).
П. 11 ст. 61.11 Закона о банкротстве:
Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.
П. 2 ст. 134 Закона о банкротстве:
Требования кредиторов по текущим платежам удовлетворяются в следующей очередности:
- в первую очередь удовлетворяются требования по текущим платежам, связанным с судебными расходами по делу о банкротстве, выплатой вознаграждения арбитражному управляющему, взысканием задолженности по выплате вознаграждения лицам, исполнявшим обязанности арбитражного управляющего в деле о банкротстве, требования по текущим платежам, связанным с оплатой деятельности лиц, привлечение которых арбитражным управляющим для исполнения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве в соответствии с настоящим Федеральным законом является обязательным, в том числе с взысканием задолженности по оплате деятельности указанных лиц;
- во вторую очередь удовлетворяются требования об оплате труда лиц, работающих или работавших (после даты принятия заявления о признании должника банкротом) по трудовому договору, требования о выплате выходных пособий;
- в третью очередь удовлетворяются требования об оплате деятельности лиц, привлеченных арбитражным управляющим для обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве, в том числе о взыскании задолженности по оплате деятельности этих лиц, за исключением лиц, указанных в абзаце втором настоящего пункта;
- в четвертую очередь удовлетворяются требования по эксплуатационным платежам (коммунальным платежам, платежам по договорам энергоснабжения и иным аналогичным платежам);
- в пятую очередь удовлетворяются требования по иным текущим платежам.
Определения ВС РФ № 310-ЭС19-21208 (3) и 310-ЭС19-21208 (4) от 17.03.2025:
Расходы на проведение банкротных процедур (в том числен на оплату услуг, оказываемых должнику привлеченными лицами), относятся к денежным обязательствам, которые могут быть погашены из различных источников (определение Верховного Суда Российской Федерации от 17 апреля 2023 г. № 307-ЭС20-22306(4)):
а) за счет должника (пункт 2 статьи 20.6, пункт 1 статьи 59 Закона о банкротстве);
б) за счет участников общества (пункт 5 статьи 61, пункт 2 статьи 62 ГК РФ, пункт 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 г. № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", определение Верховного Суда Российской Федерации от 27 октября 2022 г. № 307-ЭС20-1134(2));
в) за счет лица, инициировавшего банкротство должника (пункт 3 статьи 59 Закона о банкротстве);
г) за счет контролирующих должника лиц как субсидиарных ответчиков при наличии к тому оснований (пункт 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве).
Обязательства всех этих лиц направлены на удовлетворение одного и того же имущественного интереса кредитора, являются взаимопогашающими и, как следствие, солидарными (статьи 322, 323 и 325 ГК РФ, определение Верховного Суда Российской Федерации от 17 апреля 2023 г. № 307-ЭС20- 22306(4)).
В данном случае обязательства налоговой службы по выплате вознаграждения конкурсному управляющему и компенсации ему расходов солидарно с аналогичным обязательством Галкина В.В., привлеченного к субсидиарной ответственности по обязательствам должника как контролировавшего должника лица. Так с Галкина В.В. в пользу общества "СтройСтарСвязь" в порядке привлечения к субсидиарной ответственности помимо прочего взыскано 2 952 306,28 руб., и эта сумма включала в себя задолженность по текущим обязательствам в размере 1 528 271,46 руб., в том числе вознаграждение арбитражного управляющего и понесенных им расходов в деле о банкротстве в общем размере 1 108 271,46 руб. (1 528 271,46 руб. – 420 000 руб. задолженность по договору оказания юридических услуг от 11 января 2019 г.).
Конкурсный управляющий не требовал уступки в его пользу требования к Галкину В.В.
Требование к Галкину В.В. реализовано (уступлено) Когтеву Е.С. В договоре купли-продажи не указывалось о продаже права только к субсидиарному ответчику.
Следовательно, требования управляющего о взыскании вознаграждения и понесенных им в процедуре расходов, например, с заявителя по делу о банкротстве не могут быть удовлетворены, если ранее такие требования вошли в состав субсидиарки и были проданы с торгов. Право на получение такого вознаграждения и расходов «прицепом» переходит к покупателю субсидиарки на торгах.
Одновременная и изолированная уступка
Как отмечалось выше, солидарность требований предполагает недопустимость двойного исполнения, то есть получить полное исполнение по каждому из солидарных требований нельзя, а исполнение одного из них одновременно погашает другое – солидарное с ним требование (единство погашающего эффекта).
В этом контексте представляет интерес уже упомянутая проблема уступки солидарных требований ко всем должникам (одновременная уступка) или к одному из них (раздельная или изолированная уступка). Ведь в большинстве перечисленных выше споров «камнем преткновения» для кредиторов стала именно их недальновидность или неучастие в определении условий договоров уступки.
Закон определяет, что требование первоначального кредитора переходит к новому кредитору в существующем на момент уступки объеме со всеми обеспечивающими его и дополнительными требованиями. Вследствие этого уступка кредитором требования к одному из солидарных должников, по умолчанию, влечет уступку ко всем известным кредитору должникам.Показать сноску: П. 1, 2 ст. 384 ГК РФ: 1. Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые…
П. 1, 2 ст. 384 ГК РФ:
1. Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.
П. 4 Постановления Пленума ВС РФ № 54 от 21.12.2017:
В силу пункта 1 статьи 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, требование первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода требования. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.
Ответ на вопрос № 1, содержащийся в Обзоре судебной практики ВС РФ № 5 (2017), утв. Президиумом ВС РФ 27.12.2017:
Следовательно, уступка требования о возмещении убытков в порядке субсидиарной ответственности по долгам должника при банкротстве к номинальному директору означает одновременную уступку требования о возмещении убытков в порядке субсидиарной ответственности по долгам должника при банкротстве к фактическому директору, если договором, на основании которого производится уступка, не предусмотрено иное.
Вместе с тем положения п. 1 ст. 384 ГК РФ не могут быть применены в ситуации, когда на момент заключения договора, на основании которого производится уступка требования к номинальному директору, цедент не знал о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности другого лица, отвечающего солидарно с номинальным директором, либо о его личности. В этом случае в силу ст. 431 ГК РФ, если иное прямо не указано в договоре, на основании которого производится уступка, следует исходить из того, что цедент и цессионарий предполагали передачу требования только к номинальному, но не к фактическому директору.
Таким образом, приобретатель требования о возмещении убытков в порядке субсидиарной ответственности по долгам должника при банкротстве к номинальному директору не вправе предъявить названное требование к фактическому директору, если основания для привлечения последнего стали известны цеденту после заключения договора, на основании которого производилась уступка. Требование к фактическому директору в этом случае принадлежит цеденту.
Определение СКЭС ВС РФ № 305-ЭС21-10472 (3) от 02.02.2024:
По смыслу пункта 1 статьи 384, пункта 1 статьи 308 ГК РФ, цедент, обладающий требованием к нескольким солидарным должникам, уступая требование к одному из них, также уступает требование к другим известным ему солидарным должникам, если иное не предусмотрено договором, на основании которого производится уступка (ответ на вопрос № 1, содержащийся в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017).
Однако стороны договора уступки могут отступить от этого правила и предусмотреть, что цедент уступает не все солидарные требования, а только их часть (например, передается только требование о взыскании убытков с КДЛ, а реституционное требование к контрагенту по этой же сделке остается у первоначального кредитора). Такую уступку ВС называет раздельной или изолированной.Показать сноску: П. 2 ст. 384 ГК РФ: 2. Право требования по денежному обязательству может перейти к другому лицу в части, если иное не предусмотрено законом. Определение СКЭС ВС РФ № 305-ЭС20-23…
П. 2 ст. 384 ГК РФ:
2. Право требования по денежному обязательству может перейти к другому лицу в части, если иное не предусмотрено законом.
Определение СКЭС ВС РФ № 305-ЭС20-23090 (5,6) от 06.02.2025:
Осведомленность общества "Касис" на момент уступки реституционных требований о наличии должников по солидарным обязательствам в лице как Касьяновой Г.И., так и Николаевой Е.Н., и Китаевой В.Г., очевидна, так как уступка совершена более чем через полтора года с момента заявления в суде требований о субсидиарной ответственности указанных лиц.
Следует заметить, что размер уступленного реституционного требования в данном случае кратно превышает размер реестра требований кредиторов общества "Касис", а убедительных доводов о том, что размер реестровых и прочих требований, погашаемых за счет субсидиарной ответственности, может увеличиться настолько существенно, что превысит размер реституционного требования, в суд не представлено.
При таких обстоятельствах общество "Касис" (в том числе и в лице его конкурсного управляющего) являлось бы ненадлежащим истцом и оснований для удовлетворения его заявления о привлечении Касьяновой Г.И., Николаевой Е.Н. и Китаевой В.Г. не имелось бы.
В то же время правило об одновременной уступке требований по солидарным обязательствам применимо лишь тогда, когда раздельная уступка солидарных требований не вытекает из договора цессии.
Вместе с тем договоренность цедента и цессионария о раздельной уступке не отменяет правило о недопустимости двойного исполнения, т.е. погашение должником одного требования (перед одним из кредиторов) в исполненной части неизбежно повлечет погашение и другого требования (перед иным кредитором). Именно поэтому в одном из дел ВС высказался о целесообразности продажи управляющим всех солидарных требований на торгах единым лотом. Суть этого спора заключалась в следующем.
В рамках дела о банкротстве завода с его бывшего конкурсного управляющего были взысканы убытки в размере 10,4 млн. рублей ввиду неоспаривания им в пределах срока исковой давности сделки по безвозмездному отчуждению имущества. Чуть позже с двух КДЛ также были взысканы убытки (10,4 млн. рублей) за совершение ими этой же сделки.
В счет исполнения первого судебного акта (о взыскании убытков с управляющего) в конкурсную массу поступило 6 млн. рублей, а по второму акту (от КДЛ) – 321 тыс. рублей. В результате частичных погашений по обоим требованиям действующий управляющий предлагал выставить на продажу дебиторскую задолженность двумя разными лотами: 1) требование к экс-управляющему на оставшиеся 4,3 млн. рублей и 2) требование к КДЛ на оставшиеся 10 млн. рублей. Три инстанции утвердили положение в этой редакции.
Однако ВС с этим не согласился, указав на неправильный расчет непогашенной дебиторской задолженности и нецелесообразность ее продажи разными лотами. Дело в том, что требования по убыткам к бывшему управляющему и к КДЛ в данном случае являются солидарными, направленными на удовлетворение одного экономического интереса - компенсация потерь от одной и той же убыточной сделки. Следовательно, исполнение по ним можно получить лишь один раз.
Этим же обусловлена и продажа таких требований единым лотом, ведь при продаже требований разным лицам исполнение, полученное одним из них, будет вторгаться в имущественную сферу другого, уменьшая ее (взаимопогашающий эффект).
Вам необходима первичная консультация?
Таким образом, продажа такой дебиторской задолженности разными лотами делает ее высокорискованным активом, снижает ее привлекательность для потенциальных покупателей и отрицательно сказывается на цене продажи, что не соответствует цели конкурсного производства – максимально полному удовлетворению требований кредиторов. Показать сноску: Определение СКЭС ВС РФ № 310-ЭС19-23978 (12) от 06.02.2025: Обязательство Тузеленковой Л.А. и Яковлева А.И. как контролирующих лиц о возмещении заводу реального ущерба, образова…
Определение СКЭС ВС РФ № 310-ЭС19-23978 (12) от 06.02.2025:
Обязательство Тузеленковой Л.А. и Яковлева А.И. как контролирующих лиц о возмещении заводу реального ущерба, образовавшегося вследствие создания ими необходимых условий для заключения убыточной сделки (пункт 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), статья 61.20 Федерального закона от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве)), и обязательство бывшего управляющего Левина В.И. о компенсации реального ущерба, образовавшегося на стороне завода в результате непринятия данным управляющим мер, направленных на своевременное оспаривание этой же сделки (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве), направлены на удовлетворение одного экономического интереса, а значит, завод вправе получить исполнение только единожды. В целях исключения неосновательного обогащения завода к названным обязательствам подлежали применению нормы о солидарных обязательствах (статья 323 ГК РФ).
Таким образом, сумма выставленного на торги долга, оставшаяся непогашенной, была определена управляющим Демяшкиной Л.В. неправильно, что исключало возможность утверждения судами Положения о продаже в предложенной ею редакции.
<…>
Действительно, из договора, на основании которого производится уступка, может вытекать, что цедент, обладающий требованием к нескольким солидарным должникам, по этому договору уступает требование только к одному из них (ответ на вопрос 1, содержащийся в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27 декабря 2017 г.).
Вместе с тем, продажа требований к солидарным должникам единым лотом является наиболее предпочтительной с экономической точки зрения, поскольку наличие одного покупателя позволяет избежать конкуренции исполнений. При ином подходе (продаже требований разным субъектам) исполнение, полученное одним покупателем, будет вторгаться в имущественную сферу другого покупателя, уменьшая ее. Это может привести к потере вторым покупателем денежных средств, уплаченных на торгах, из-за спонтанных действий третьего по отношению к нему лица (должника первого покупателя). Наличие подобных опасений делает дебиторскую задолженность, реализуемую раздельно, высокорискованным активом, снижая ее привлекательность для потенциальных участников торгов, что отрицательно сказывается на цене продажи и, как следствие, не отвечает основной цели процедуры конкурсного производства (максимально возможное пополнение конкурсной массы).
На основе анализа практики ВС по данной теме можно сделать следующие выводы:
- Солидаритет распространяется не только на обязательства, возникшие из одного основания (в силу договора или закона), но и на различные по правовой природе требования, (например, реституционные и деликтные);
- Судебная практика исходит солидарности требований по мотиву их направленности на удовлетворение одного экономического интереса. В связи с этим солидарными, например, будут требование к контрагенту о взыскании полученного по недействительной сделке и требования об убытках к КДЛ, заключившему эту же сделку от имени должника;
- Исполнение по всем солидарным требованиям можно получить лишь однократно. Погашение любого из таких требований одновременно погашает остальные солидарные с ним требования;
- По общему правилу, уступка одного из солидарных требований влечет одновременную уступку тому же лицу всех остальных солидарных с ним требований. Однако стороны договора цессии могут договориться о раздельной (изолированной) уступке, т.е. о переходе к цессионарию только одного из требований, а также определить последствия исполнения должником переданного цессионарию либо оставшегося у цедента требования;
- Переход к цессионарию одного из солидарных требований (раздельная уступка) не отменяет их взаимопогашающий характер. Следовательно, если будет исполнено требование, оставшееся у цедента, то автоматически прекращается и требование, переданное цессионарию. В этом случае цессионарий вправе требовать от цедента возмещения убытков в размере причитающейся ему части исполненного.Показать сноску: Ответ на вопрос № 1, содержащийся в Обзоре судебной практики ВС РФ № 5 (2017), утв. Президиумом ВС РФ 27.12.2017: При этом, если цедент реализует свое требование о возмещении уб…
Ответ на вопрос № 1, содержащийся в Обзоре судебной практики ВС РФ № 5 (2017), утв. Президиумом ВС РФ 27.12.2017:
При этом, если цедент реализует свое требование о возмещении убытков в полном объеме к фактическому директору, в силу положений ст. 325 ГК РФ требование цессионария к номинальному директору также прекратится надлежащим исполнением. В такой ситуации в соответствии с положениями ст. 390 и 460 ГК РФ цессионарий вправе взыскать с цедента убытки в размере того, что цессионарий мог бы получить в рамках исполнительного производства от номинального директора.
С учетом приведенных правовых позиций ВС о солидаритете и одновременной уступке требований, удовлетворяющих один экономический интерес, для кредиторов возникает высокий риск неэффективного и неосмотрительного распоряжения своими требованиями к должникам. Поэтому во избежание передачи новому кредитору сверх предусмотренного договором цессии, рекомендуем перед заключением таких договоров проводить ревизию всех возможных солидарных с уступаемым требований.