Офисы в Москве и Воронеже
Комментарии в СМИ

Юрист Яна Быкова: «Первый блин не вышел комом».

6 ноя 2020

СМИ о нас.jpg«Центральный округ» сравнительно «молодая» компания. И речь здесь идет не о том, что в следующем году мы будем праздновать пятнадцатилетие, но и о возрасте сотрудников. Да, по нашим подсчетам их «средний возраст» - не более 32 лет. Впрочем это не мешает им выигрывать сложнейшие дела. И если имена Станислава Валежникова, Дмитрия Просвирина и Зои Филозоп на слуху у читателей, то некоторые наши коллеги в силу специфики своей работы незаслуженно обойдены вниманием. Мы решили исправиться и рассказать сегодня о нашем юристе Яне Быковой, специализирующейся на, пожалуй, одной из самых сложных сторон юридической сферы – банкротстве. Приятного чтения. 

«Есть правила игры, которые нужно принять и тогда все будет отлично». 

- Яна, ты работаешь в компании не так долго, но стала за это время частью нашего юридического механизма. Не пожалела о своем выборе? 

- Конечно, нет. Впечатления от работы положительные, мне все нравится – коллектив, рабочие задачи. К тому же это первое место работы именно по юридической специальности и я рада, что первый блин не вышел комом. 

- Решение работать в «Центральном округе» было осознанным или все же это счастливый случай? 
- Важную роль сыграло то, что я молодая мама. Ребёнок маленький, хоть и ходит в детский сад, но все равно – то заболел, то еще что-то. Поэтому для меня было важно, чтобы будущий работодатель адекватно относился и к рабочему графику, и к периодическим «отпрашиваниям» с работы. На мой выбор повлияли рассказы моего коллеги Саши Тархова, с которым мы вместе учились. Он мне рассказал о юридической фирме, в которой работает, о руководстве. В общем, разрекламировал «Центральный округ». Я навела справки, почитала отзывы клиентов и решила, что нужно пробоваться на должность юриста.

 23mN1bNM1A8.jpg

Семья Быковых. 




- Каким было твое первое впечатление о нашей фирме? 
- Первое впечатление – удивление. Честно говоря, я не ожидала, что собеседование будет таким долгим. По моим ощущениям оно затянулось на час, а то и больше. Общались втроем – я и управляющие партнеры Станислав Валежников и Дмитрий Просвирин. Мельком посмотрели диплом, поспрашивали основы. Я уж думала, что все – сейчас озвучат решение. Вместо этого началось углубленное обсуждение самых разных рабочих моментов, сравнимое со вступительными экзаменами. Разбирали юридические ситуации с различными «переменными». Главное, что в итоге мне было сказано, что я прошла собеседование и могу приступать к работе. 

- Если описать работу в «ЦО» одним словом, то какое оно будет для тебя?
- Наверное, уверенность. Это важно сейчас. Вокруг коронавирус: кто-то уволен, кто-то сидит в неоплачиваемом отпуске, кто-то боится потерять работу и, по сути, бесправен. А у нас все также, как и раньше. Работа есть, зарплата тоже. Руководство не прикрывается коронавирусом, как во многих других компаниях, не требует большего за меньшие деньги. Есть правила игры, которые нужно принять и тогда все будет отлично. Кстати, их придерживаются и наши руководители. Например, у нас есть правило, по которому опоздание наказывается штрафом. Деньги от опозданий вносятся в общий фонд, из которого, например, покупаются конфеты в офис или еще какая-то необязательная, но приятная всем вещь. Отмечу, что если опаздывают управляющие партнеры, то они со всеми на равных также платят в этот фонд. Все честно, на работе все равны. 

- Есть с чем сравнивать?
- Да, у меня в жизни был один неприятный рабочий опыт. Еще в студенческие годы я пробовалась на должность помощника юриста в одну из воронежских юридических фирм. Как потом выяснилось - банальные мошенники, коих в Воронеже десятки. Красиво рассказывают о себе, а в реальности – обшарпанный офис и пара стульев. Работали по всем проблемам – от разводов до ДТП, моей задачей должно было стать «разводить» клиентов на деньги. Обещать все, что можно, лишь бы они заплатили, а потом любыми способами «бегать» от них. Я проработала там неделю, старалась честно работать, но поняла, что без обмана клиентов (а в основном там были пенсионеры, матери-одиночки, инвалиды) там никак. Поэтому и уволилась. 

«…а я уже была как заправский юрист». 

- И все же давай поговорим о тебе. Расскажи о семье, о детстве…
- Биография обычная – родилась и выросла в Воронеже, родители тоже коренные воронежцы. К юриспруденции отношения никакого не имеют. Какое-то время в детстве я жила у бабушки с дедушкой, так вот дедушка был инструктором по вождению в воронежском институте МВД и периодически брал меня с собой на работу. Он знал там многих преподавателей, знал внутреннюю «кухню» и советовал мне пойти учиться на юриста именно в этот ВУЗ. Также в правоохранительных органах работал мой родной дядя. В общем уже тогда у меня зародилась мечта стать следователем. 

- В общем, направление, кем быть ты выбрала еще тогда.
- Да, но реальность оказалась суровой. Уже после школы, когда я подала документы в институт МВД выяснилось, что я не прохожу по здоровью. Было обидно, конечно, но что поделать. Решила, что пойду в гражданское направление юриспруденции. Поступила в Московский гуманитарно-экономический университет (воронежский филиал), окончила его. За время учебы вышла замуж, в конце 3 курса родила сына Станислава. Последний год училась на свободном посещении, но на защите диплома и сдаче гос. экзаменов это не сказалось. 

aE65_O2kNgo.jpg

Яна Быкова в студенческие годы. 

- Я знаю, что первая полу-юридическая работа у тебя была еще в то время.
- Да, мне хотелось самой зарабатывать, а не просить деньги у матери. Подрабатывала официанткой, например. Но понимала, что те юридические знания, которые я получаю в МГЭУ нужно использовать. Поэтому на 2 курсе я стала работать в салоне микрозаймов. Устраивал график (по выходным), «белая» зарплата, мне завели трудовую книжку. Вначале меня взяли как оператора по выдаче микро-кредитов, но так как штатного юриста не было, то именно мне приходилось писать исковые заявления к неплательщикам. Я даже ходила в суды как представитель истца. Мне было интересно – ведь мои одногруппники в это время даже «на парах» со всем этим не сталкивались, а я уже была как заправский юрист. 

- Кстати, про учебу – ты в то время сравнивала то, чему вас учат с тем, чем ты сталкивалась на практике в своей работе?
- Да, я сравнивала и понимала, что существует огромная разница. Ведь у нас всех представления о суде формируются на основании фильмов, книг. А там все это несколько идеализировано. Например, я думала, что суд проходит в большом зале, а по факту большинство заседаний проходят в маленьких комнатках. И если в кино судья удаляется в совещательную комнату для вынесения решения, то в реальности чаще всего участники процесса удаляются в коридор, поскольку не во всех судах есть отдельные совещательные комнаты. Кстати, в университете у нас была специальная тренировочная комната, в которой мы «примеряли» на себя разные роли – от судьи до судебного пристава. Изучали правила поведения в суде, этику участников. На самом деле, зачастую даже судьи всего этого не придерживаются. 

«В российском праве вообще единичны случаи таких «банкротных» продаж». 

- В «Центральном округе» ты работаешь в банкротном отделе. Непосредственно контактируешь с теми, кто уже находится или только планирует уйти в процедуру банкротства. Выбор специализации неслучаен?
- Скорее, это дело случая. До «ЦО» я не сталкивалась с банкротством, особых навыков не было. Что же касается знаний, полученных во время учебы – это были самые основы, процентов 30 от того, что я знаю сейчас. За время, прошедшее после выпуска из университета, значительно изменилось законодательство, появилось банкротство физических лиц, внесудебное банкротство. Во время обучения тема банкротства остается незаслуженно обделенной. Мы не изучали практику, не знакомились с актуальными постановлениями Верховного суда. А ведь судьи больше ориентируются не на букву закона, а на его толкование. В общем, пришлось эту тему изучать «в поле», с действующими юристами и арбитражными управляющими. 

- В чем именно заключается твоя работа?
- Я работаю с арбитражными управляющими, которые обращаются в нашу компанию за помощью в подготовке документов, правовой позиции, анализе судебной практики и т.д. Основной пласт составляет техническая работа, но она тоже крайне важна для процесса банкротства. Например, сбор информации о должнике и о его имеющемся имуществе. Также я готовлю документы для собраний кредиторов, например, отчет арбитражного управляющего о своей деятельности, реестр требований кредиторов, анализ финансового состояния должника и т.д. 

- Коронавирус как-то сказался на работе банкротчиков?
- Сложно сказать. Какого-то резкого всплеска заявлений на банкротство я лично не заметила, цифры остались примерно теми же. Но есть подозрения, что после Нового Года количество обращений увеличится. Фирмы сейчас готовятся к закрытию года, думаю, что многие из предпринимателей решат, что закрыться все же выгоднее, чем продолжать бороться за выживание.
 

Поделиться:

Подписаться на рассылку по e-mail
Нашу рассылку читают собственники бизнеса, их финансисты, бухгалтеры и юристы. Без спама: в нее включается юридическая аналитика, наша практика, руководства и дайджесты
У вас есть вопрос? Оставьте заявку!

Юридическая компания «Центральный округ» поможет решить вашу проблему.


Имя
E-mail*