Как мы защитили права клиента банка при оспаривании валютно-обменных операций

Крупный банк обратился в районный суд с иском к физлицу о признании недействительными 16 валютно-обменных операций, совершенных менее чем за одни сутки, и применении последствий их недействительности — взыскании неосновательного обогащения.

Банк ссылался на технический сбой в системе «Банк Онлайн», в результате которого курс конвертации EUR/RUB был установлен как 1:1 вместо официального курса 116,92 руб. за 1 евро. По мнению истца, ответчик действовал недобросовестно, осознавая ошибочность курса, и целенаправленно совершил серию операций для извлечения прибыли. Решением суда первой инстанции иск был удовлетворен. Суд признал сделки недействительными и взыскал с нашего клиента сумму неосновательного обогащения и судебные расходы.

Ознакомившись с решением суда, нами было принято решение оспаривать судебный акт.

Правовая позиция ответчика и процессуальная тактика

1. Оспаривание доказательств технического сбоя

Акт о техническом сбое, представленный истцом был составлен банком в одностороннем порядке и не содержал сведений о причинах, характере и продолжительности сбоя.

Суд первой инстанции не учел, что операции совершены после заявленного периода сбоя (с 23:04, тогда как сбой, по акту, длился до 21:55). Банк не представил доказательств уведомления Банка России о компьютерном инциденте, что является обязательным для субъектов КИИ (ст. 9 ФЗ-187). Клиент (физическое лицо), не обладающий специальными знаниями в области банковских технологий и администрирования IT-систем, не обязан распознавать ошибки в курсах валют, установленных банком. Риски, связанные с некорректной работой банковского программного обеспечения, лежат на кредитной организации как на профессиональном участнике рынка.

2. Добросовестность клиента и презумпция добросовестности

Ссылаясь на п. 5 ст. 10 ГК РФ и Определение Верховного Суда № 305-ЭС24-11316, доказали, что клиент не обязан проверять экономическую обоснованность курсов, установленных банком. Совершение выгодных операций само по себе не является злоупотреблением правом. Отсутствие уведомлений от банка о сбое до совершения операций исключало осведомленность нашего клиента об ошибке. Тот факт, что конверсионная операция оказалась экономически невыгодной для банка, не является основанием для признания ее недействительной. Банк как профессиональный участник рынка несет предпринимательские риски, включая риски технических сбоев. Клиент вправе заключать сделки по курсам, установленным банком, если они были доступны в его (банковской) системе.

3. Нарушение преюдиции

Ранее решением суда по делу между теми же сторонами было установлено отсутствие доказательств некорректности курса; доступность курса всем клиентам банка; отсутствие неосновательного обогащения. Суд первой инстанции проигнорировал эти выводы, что является нарушением ст. 61 ГПК РФ.

4. Неприменимость ст. 178 ГК РФ

Заблуждение банка относилось к мотиву сделки (экономическая невыгодность), а не к её существенным условиям, что не является основанием для недействительности (п. 3 ст. 178 ГК РФ). Для применения ст. 178 ГК РФ необходимо доказать, что заблуждение банка было настолько существенным, что сделка не была бы совершена при знании действительных обстоятельств. Банк обязан представить доказательства, подтверждающие наличие такого заблуждения, а не ограничиваться ссылками на технические недочеты.

В результате спора в апелляционной инстанции нам удалось отменить решение районного суда и добиться отказа в иске банка к нашему клиенту.

Резюмируя судебный спор, полагаем необходимым обратить внимание банков на необходимость обеспечивать надежность IT-систем и не злоупотреблять правом на одностороннее списание. Совершение операций по курсам, установленным банком, является добросовестным поведением, если иное не доказано. Судам при оценке добросовестности следует исходить из презумпции добросовестности и отсутствия у клиента специальных знаний о работе банковских систем.

Определение