Истребовали документы о финансово-хозяйственной деятельности организации

Летом 2025 года к нам обратился клиент. На протяжении 2,5 лет у него идет корпоративный конфликт с бизнес-партнерами. По инсайдерской информации бизнес-партнеры пытаются переводить деятельность организации на параллельное юридическое лицо, в котором наш клиент уже не является участником. Тем самым они утаивают от нашего клиента прибыль и источники дохода от деятельности компании. На протяжении 2,5 лет клиентом направлялись запросы с просьбой предоставить документы, но общество на них отвечало отказом и всячески уклонялось от предоставления.

Мы подготовили иск и предъявили его в Арбитражный суд Воронежской области по месту нахождения общества.

Позиция ответчиков была активной. В отзыве на исковое заявление в качестве оснований для отказа в иске ответчик приводил следующие аргументы:

1. Наш клиент является ненадлежащим истцом по делу. Ответчик считал, что наш клиент является номинальным участником общества. Фактическим участником организации, по мнению ответчика, стоит считать супруга нашего клиента, который занимал должность директора по развитию в обществе.

2. Нашему клиенту известна вся информация о финансово-хозяйственной деятельности общества. Ответчик считал, раз супруг является директором по развитию, следовательно, общество не обязано предоставлять участнику всю информацию о работе компании.

3. Наш клиент злоупотребляет правом, поскольку имеет цель раскрыть конкурентам общества конфиденциальную информацию о бизнес-процессах общества.

В свою очередь мы отмечали, что, во-первых, согласно разъяснениям ВАС РФ правом требовать информацию о деятельности организации наделено лицо, которое значится в ЕГРЮЛ в качестве участника, а также указано в списке участников. Наш клиент был указан и в ЕГРЮЛ, и в списке участников. В связи с чем аргумент ответчика являлся несостоятельным.

Во-вторых, мы представили массу материалов судебной практики, согласно которой суды не считают надлежащим ознакомлением участника с информацией, если документы передаются не участнику, а его родственникам или супругам. Это связано с тем, что корпоративное правоотношение складывается именно между обществом и участником, а не родственниками последнего. Именно в рамках корпоративного отношения общество и должно осуществлять исполнение.

В-третьих, в материалы дела не представлено доказательств отнесения запрашиваемой информации к конфиденциальной информации. Так, представленное положение о конфиденциальности утверждено неуполномоченным лицом, т.к. на дату его принятия данный вопрос входил в компетенцию общего собрания, а не генерального директора.

Также не представлены доказательства, что нашему клиенту предлагали подписать соглашение о неразглашении коммерческой тайны. Так, сформировавшаяся судебная практика указывает, что общество может отказать участнику в предоставлении конфиденциальности, если последний откажется взять на себя обязательства о неразглашении. Но в нашем случае со стороны общества не было даже попытки взять такое обязательство от нашего клиента.

В дополнение ко всему мы отмечали, что в материалах дела нет доказательств ведения нашим клиентом конкурирующей деятельности, а также нет доказательств, подтверждающих разглашение информации конкурентам. В связи с этим от ответчика также не поступило доказательств, подтверждающих факт несения обществом убытков в связи с предполагаемым подобным поведением участника.

Учитывая, что ответчику не удалось доказать наличие оснований для отказа в удовлетворении требований, 04.12.2025 суд вынес решение в нашу пользу и обязал общество представить документы.

Подробнее.